Об уважении к русскому языку и русскому человеку
За всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день Суда.
(Мф. 12, 36)
Язык наш превосходен, богат, громок, силён, глубокомыслен. Надлежит только познать цену ему, вникнуть в состав и силу слов, и тогда удостоверимся, что не его другие языки, но он их просвещать может.
А. С. Шишков,
адмирал, госсекретарь, министр народного просвещения 1824-1828 гг.
![](http://velizhnov67.ru/wp-content/uploads/2022/06/geirby.jpg)
Иногда приходится слышать: « год русского языка…», «язык Пушкина».
Открываю наугад томик стихов Пушкина и поражаюсь красоте и торжественности русского слова: «Роняет лес багряный свой убор./ Сребрит мороз увянувшее поле».
Включаю телевизор и слышу из вечерних новостей: «Мальчик, хотел сделать селфи с собакой и она его укусила…» Недоумение закрадывается в мою непросвещённую голову: « И что же он хотел сделать, -наверное, что-то нехорошее — раз она его укусила». Или слышу: «Парень с девушкой делали селфи» . Ну, это … как-то более понятно : наверное парню было хорошо.
Я всё к тому, что не «лезет» это слово в русский язык; смешит оно язык Пушкина.
И тут же смоленское радио говорит о каком-то «бренде» Смоленской области, немного погодя, добавляет, что есть и «тренд» Смоленской области.
Эти слова-паразиты, уже не смешат язык Пушкина, они его -уродуют.
Возможно, кто-то и спросит: а не всё ли равно как называть? Но, на самом деле не всё так просто, как может показаться на первый взгляд. Так, слово бродяга отдаёт некоей болью, чего никак нельзя сказать об аббревиатуре бомж, из которой выхолощено человеческое чувство и, прежде всего, -чувство сострадания к ближнему. Аббревиатура не может вызывать сострадания по определению!
Будучи лишено русских корней, слово лишается смысла, действующего на душу человека. Достаточно сравнить современное «бесчувственное» словечко киллер с разящим наотмашь — убийца и душегуб. Или, воздушное словно мотылёк, «невинное» путана, прикрывает исконно русское, как плевок, — шлюха. И бой-френд не так режет слух и не так заставляет стыдиться как наше, хахаль.
Не случайно слово, не случайно! Оно может возвысить: придать человеку крылья, может убить, может поднять в атаку и повести за собой. И меняя слова, мы меняем нравственность, меняем наше поведение, быть может, того и не замечая.
Лишая наш язык родных корней, мы тем самым грубо обрываем нити, связующие нас с Богом, ибо многие факты русского языка свидетельствуют о том, что он, есть для нас не просто лингвистическая система, а живая жизнь, освещённая Божественным светом. В нашем языке удивительным образом запечатлена высокая миссия русской нации.
Рассмотрим слово святой, которое сродни слову свет. И это не только и не столько поэзия, сколько запечатленная самим языком истина. Знавшие и видевшие Серафима Саровского отмечали, что в минуту духовного подъёма, его лицо сияло неземным светом. Да и многих других святых отшельников люди, искавшие у них утешение в скорбях, находили, как известно, по тому дивному свету, что озарял по ночам укромные места их подвижнического обитания.
Печальный парадокс заключается в том, что очевидное для одних совсем не обязательно становится таковым для других. Многим невдомёк, какой смысл заключается в словах одной из утренних молитв, обращённых к Создателю: «Ты бо еси истинный Свет, просвещаяй и освящаяй всяческая …»
То есть Свет, просвещающий душу Божественной истиной и освещающий путь нашей жизни.
Ну, можно понимать и по-другому.
Слово просвещение приобрело в России совсем иной смысл во времена Екатерины Второй. Новоявленными кумирами российской знати становятся в ту пору французские философы и писатели Жан-Жак Руссо и Франсуа Вольтер, перепиской с которыми так гордилась императрица. Это из их философии родится Французская революция, положившая конец христианской Европы; от них, во многом, пойдёт либерализм русской интеллигенции и дворянства, что отзовётся кровавым эхом и в нашем Отечестве: тягчайшим грехом цареубийства, а затем гибелью и самого дворянства и интеллигенции. Из Европы придёт марксизм, который, ой как дорого обойдётся нашему народу, за ним германский национал-социализм, борьба с которым унесла миллионы жизней русских людей; сейчас стучится в дверь глобализм в обнимку с толерантностью, и это вовсе не последняя придумка «борцов за права человека»
Так чему же там подражать?
А, нет! Учреждения стали офисами, руководители — менеджерами, а старшие, топ-менеджерами (наверное, строги очень и сильно топают). Добрых же людей, которые жертвуют деньги на дела богоугодные и которые из покон веков на Руси были благодетелями или попечителями, называют каким-то «пузыристым» словом, спонсоры.
Таким образом, терпимость ныне обернулась толерантностью, разномыслие — плюрализмом, соглашение — консенсусом. Русскому человеку предписывают отныне не кураж, задор или азарт, а драйв. Музыку к кинофильму теперь называют саундтрек. Наши замечательные песни, к примеру, «Когда я на почте служил ямщиком» или даже «Враги сожгли родную хату» шлягерами, хитами. Фильмы обернулись блокбастерами, а актёров подбирают не через кинопробы, а устраивая кастинг.
И будет звучать речь, какого-нибудь лоботряса в наколках, примерно так: «Классный тюнинг у тачки! Вау! Как насчёт бобидилдинга и фитнеса? А может, дайвинг ? Хочешь построить коттедж? Определись с бизнеспланом, сайдингом… Ты геймер? Хакерили юзер? Фифти-фифти? О- кей! Как насчёт шопинга в уинк-энд? Или пати? А может, махнём на биеннале? Скажи прикольно?
Понятно, что в русском языке много заимствований и многие иноязычные слова прижились и давно стали русскими, но во всём хороша мера. Да и русский язык наверняка претерпел бы ощутимый урон, лиши его в одночасье всех заимствований, которые – и это чрезвычайно важно — давным-давно стали родными. Замечательно сказано об этом у Ярослава Смелякова в стихотворении «Русский язык».
Вы, прадеды наши в недоле,
мукою запудривши лик,
на мельнице русской смололи
заезжий татарский язык
Вы взяли немецкого малость,
хотя бы и больше могли,
чтоб им не одним доставалась
учёная важность земли.
Ты, пахнущий прелой овчиной
и дедовским острым кваском,
писался и чёрной лучиной,
и белым лебяжьим пером.
Ты — выше цены и расценки —
в году сорок первом, потом
писался в немецком застенке
на слабой извёстке гвоздём.
Владыки и те исчезали
мгновенно и наверняка,
когда невзначай посягали
на русскую суть языка.
Дай Бог, чтобы время очистило наш язык от всякого наносного мусора. Но нельзя забывать, что язык — зеркало души нашей, отражение наших чувств и нашего поведения.
В. Комаров, преподаватель основ православной культуры Погорельской основной школы.